Выпуск 08. Ребенок и социальные сети

Ребенок и социальные сети

Сегодня социальные сети занимают в жизни человека немаленькую ячейку. Это касается не только взрослых но и детей. Ребенок больше подвержен влиянию социальных сетей, нежели взрослый. У жизни в социальных сетях есть как минусы, так и плюсы.

Подкаст создан в рамках реализации проекта «1 июня!» Пропаганда интернет безопасности в детской и подростковой среде».

Наш гость:
Детский психолог Кондрашова Евгения https://vk.com/kondrashova_eugenia

Видео формат интервью ребенок и социальные сети:

Расшифровка интервью ребенок и социальные сети.

Сергей: Добрый вечер, уважаемы радиослушатели, с Вами снова я Сергей Ананьев. И сегодня у нас в гостях замечательный человек. Детский психолог.

Евгения: Меня зовут Кондрашова Евгения. Я работаю  с детьми и со взрослыми. Собственно с детками и их родителями. Детки у меня разного возраста: это как и совсем маленькие, так и подростки. Ваша тема она больше актуальна для подростков на текущий период.

Сергей: Безусловно. Все мы так или иначе представляем, что как говорил Владимир Семенович Высоцкий: «Все мы родом из детства».

Евгения: Да, все от туда, и проблемы от туда, и у родителей, которые приходят с вопросами про своих детей тоже есть запросы про себя и про то как с ними правильно взаимодействовать.

Сергей: Я бы хотел, знаете что спросить: Как нам заложить, как родителям, как людям старшего поколения, как заложить нам основы правильного поведения детей в социальных сетях? С какого возраста правильно начинать делать это?

Евгения: Знаете, вопрос интересный. Возраста конкретного нет. Считается, что определенные приложения, если почитать статьи, с 13 лет, с 16, 17, 18. Какие то родители ограничивают, что категорически нельзя делать. Запрещать, отбирать телефоны, гаджеты. Запрещать регистрироваться в социальных сетях при желании ребенка — нельзя этого делать. У нас есть в Алтайском крае случай в городе Барнауле  в том числе, когда у ребенка забрали телефон  с соц. сетями и он закончил жизнь суицидом. Возраст подростковый он очень кризисный и подростки склонны принимать резкие решения, ну такие категоричные, максимально резкие. И то что у него забрали телефон — это очень сильно повлияло, то что забрали связь с миром. Поэтому в первую очередь, как выстроить эти взаимоотношения ребенка и соц. сетей, интернета — это наверное, быть другом. Ну то есть, договариваться, помогать, рассказывать про то какие есть соц. Сети. Хотя, дети сами расскажут какие они есть, не только же контакт и фейсбук их вообще тьма тьмущая.

Сергей: А что делать в том случае когда социальная сеть для ребенка становится неким альтер эго. То есть в обычной жизни он один, а в социальных сетях он представляет себя в каком то другом свете.

Евгения: А это вот как раз интересный момент. Были случаи в практике. Девочка подросток 15 лет. Она  очень зажатая, в обычной жизни. Она замкнутая, она не делится ничем с родителями. Опять же почему? Потому что ее не принимают такую, какая она есть. А в соц. сетях в определенных группах она находит поддержку. И это не так плохо на самом деле. Она там реализуется. Она рисует различные анимационные картинки. Она нашла там поддержку. «Что, да, у тебя классно получается».Она начала писать рассказы про эти картинки. И начала продвигаться, условно говоря. Нашла себе там друзей и свою компанию. Поэтому, в этом случае ее интернет, условно говоря, спас, в социум вывел. Потом она в определенный момент поняла, что, но тут ребенок еще осознанный попался, что она сильно затягивается в соц. сети. Обратилась к маме. Они пришли ко мне. Она начала чуть чуть оффлайн встречи устраивать с этими ребятами, которые у нас в городе. То есть, тут надо чуть чуть помочь.

Сергей: Помочь. Ну а как родителю в этой ситуации находиться. Ну представьте, Ваш ребенок час, два, три сидит?

Евгения: Родитель должен задать себе вопрос: Зачем? Вот это самое основное, чего родители не задают. Они говорят: ты неправильно делаешь. То есть, все что родитель транслирует  чаще всего ребенку. Опять же от большой любви, это — в критику идет: «ты опять сидишь за компьютером?», «ты сделал уроки?», «чего ты там такого интересного нашел?», «Ой, опять ты со своей ерундой». То есть, все это, если перевести на язык подростка: «То что ты делаешь — это дрянь!».  Ну по факту.

Сергей: Тут действие от противного. Все таки если мы наблюдаем, вот как у моих хороших знакомых  девушка 14 лет, девочка довольно неплохо учится в школе. Но вот при непосредственном общении, отобрали телефон, и я стал участником  просто душещипательной истории, когда слезы, сопли, какие то переживания, действительно  как будто человека отсоединили от аппарата искусственной вентиляции легких, или от аппарата жизнеобеспечения. Как с этим бороться? Это ведь явный признак какой то уже интернет зависимости?

Евгения:  Это явный признак интернет зависимости. Абсолютно правы. И как с зависимостью работать — это один вопрос. Но первое- родители уже допустили ошибку они границы нарушили. Подростковый возраст — это возраст выстраивания своих границ. И они берут и их нарушают. Она уже от них ушла в соц. сеть чтобы они ее границы не нарушали. А они берут и забирают вот эту связь с миром где ей комфортно. Поэтому первое что нужно делать — не забирать а договариваться. Хорошо Вы забрали. У меня вот забирали у еще одной клиентки — девочки, 13 лет, забрали телефон, но она не сильно расстроилась. Она приходила в школу и выходила с аккаунта телефона подруги. Я у мамы спрашиваю — ну и что?   Она: «Ну как то вот мы думали, что она извиниться, будет делать уроки  и вообще станет хорошей, удобной». Поэтому бороться с зависимостью, она на самом деле, зависимость штука такая, даже если есть, то ее можно только перенаправить, ну в более конструктивное, положительное русло.  Нужно во первых задать вопрос — зачем? Она там сидит просто потому что у нее нет никаких интересов, в плане ну не проявляет себя никак? А там она значима, тогда  в какой сфере? Может быть она там смотрит фешен блоги, мейкап или еще что то. Узнать что ей интересно? И сказать, а давай мы на курсы тебя запишем? У нас их сейчас тьма тьмущая. Ну как то в оффлайн режим ее вывести. То есть  ниточку проложить к  реальной жизни. Это первй момент что нужно делать  с зависимостью. Второй момент  — люди зависимые, ну как часто говорят — бросаешь курить — ешь конфеты, бросаешь есть конфеты — занимаешься спортом, ну в какую то более конструктивную зависимость перевести ее в конструктив. А сделать это можно исходя из интересов. Родителю важно понять что его подростку интересно. Тут очень интересный момент. Родители говорят: ему ничего  не интересно, он сидит в интернете. Что он там делает?

Сергей:  Безусловно интерес какой то есть.

Евгения: Конечно! Он же что то там делает? Мальчики играют в компьютерные игры. Вот еще одна зависимость — игровая. Ну он там что получает? Он там крутой, он там успешный.

Сергей: Ну он реализует себя как особь мужского пола.

Евгения: То есть, видимо в жизни он этого не получает. Так нужно задуматься над этим. Тут очень важно, чтобы папа показал — как я себя в жизни как мужчина проявляю. Или папа чешет живот на диване. «И перестань играть, заниматься ерундой.»

Сергей: Я понимаю, интерес какой то есть, просто, мы его можем не наблюдать. Это такая вершина айсберга. А как быть в таком случае, когда действительно интереса как такового нету, но сам  факт общения в социуме, ну так называемый флуд в сети.  Когда просто подростки часами сидят по телефону разговаривают или общаются в социальных сетях. Представьте такой ребенок  выпадает из этого общения. Что будет он испытывать? Он становится социальным изгоем, в какой то степени.

Евгения: И это тоже. И поэтому не надо забирать у них телефоны и гаджеты.  Потому что там же тоже общение. Сейчас дети действительно, я конечно как бабушка буду звучать, но они не гуляют на улице, не общаются в компаниях, не играют в какие то игры дворовые. Ну там, может быть безопасность какую то сохраняют родители, можно их понять.  И они переходят в онлайн пространство, это нормально. Какие то интересные видео, блоги, сообщества, они  получают от туда информацию. Поэтому просто так их оттуда забирать, отбирать и говорить, что вот мы тебя наказали — это не правильно.

Сергей: Ну понятно, запрет он никогда не приводил ни к чему хорошему. Считаете ли Вы, что проблемы с интернет зависимостью, с провалом детей в сеть  — это все таки проблема родителей и проблема воспитания? Или это проблема общества и современного научного прогресса какого то?

Евгения: Все вместе. Все вместе, потому что современного научного прогресса в том числе. Родители — они же тоже в телефонах. Очень многие. Катастрофически. В таком случае я семье советую: «Вы делайте час тишины на вечер. Только все убирайте по честному телефоны. Не забрали телефон у ребенка, а папа в компьютере в танчики играет, мама по телефону с подружкой говорит, а  ты плохая, ты наказана». Ну это несправедливо. Вы устраиваете час тишины где все без телефонов на самом деле. Это такое по честному решение общее. Это первый момент. Второй момент —  да, современное общество оно очень информационное.  Оно быстрое, динамичное. Ну как без соц. сетей, без интернета?  Без этих всех новомодных слов. Мне вот иногда транслируют  их. Я недавно узнала что такое «хайп» и прочее.  Ну потому что не сильно я в этой теме, в интернете не много времени провожу. И опять же, интернет  — это еще и образовательный ресурс. Поэтому, просто забрать и сиди дома читай Достоевского, ну да не плохо. Но нужно идти в ногу с современным миром.

Сергей: Это безусловно. А вот если рассмотреть гипертрофированный случай: Когда ребенок в социальных сетях становится объектом насмешек, подвергается шантажу какому то. К сожаления, это имеет место быть даже в среде сверстников, я уж не говорю… Что же предпринять родителям ребенка?   Какие то может быть меры предосторожности?

Евгения: Ну тут видите, первый момент — это профилактика. Если родитель с ребенком довольно близко общается, ну в меру конечно. Он все равно должен предупредить ребенка: ты публикуешь информацию в соц. сетях, но в рамках разумного, то есть личные адреса, какие то откровенные фотографии, чрезмерно как то не раскрываешься и пишешь то что ты готов сказать в лицо.  То есть, как то подготовить своего ребенка. Если каждый родитель о своем ребенке позаботится, то таких случаев кибербуллинга, так называемого, троллинг, я не знаю как это еще назвать, разные варианты, травля, если по русски. То они сократятся, эти случаи. Но они все равно есть. Почему? Потому что гораздо проще, если тебе что то не нравится,  выразить это в комментарии, чем в живую сказать. Чем опасен кибербуллинг, так это тем, что он круглосуточный. Если травля в школе, как раньше было там, подразнили тебя, ты  пошел домой, спрятался там и все. То тут, как бы это очень жестко. Это очень сложно, были случаи когда дети с этим сталкивались. Они создавали фейковые странички, выставляли фотографии одноклассников.

Сергей: Да вот в том то и дело. Мы сталкиваемся, к сожалению, с какими то анонимным, имперсональным каким то подходом. Потому что, как Вы говорите, создаются какие то  фейковые страницы, просто где людей оскорбляют. В то же время и родителям как оценить этот вопрос? Он же не может ворваться в частные переписки?

Евгения:  Тут видите, варианты какие. Есть конечно те родители, которые врываются, тоже не очень по честному, ну тогда свою давай переписку читать. А разные системы безопасности, которых сейчас довольно много, они есть, чтобы как то ограничивать. У ребенка все равно должен формироваться внутренний самоконтроль.  И какая то культура в первую очередь из семьи идет, во вторую очередь — это в школах, профилактика должна быть. В этом случае должна быть профилактика. Ну и конечно, если родитель отследил, что ребенок «хейтерит» кого то. Тут очень нужно серьезно разговаривать. Потому что подобные вещи они доводят до суицида детей, в том числе.   Потому что если ты не принимаешься своим обществом, если ты изгой, ну все как бы, для подростка жизнь закончена. Ну и для подростков информация, что есть телефон доверия, по которому можно позвонить 8-800-2000-122.  Он и для взрослых и для детей и для подростков.

Телефон доверия для детей, подростков и их родителей

8-800-2000-122

Сергей: То есть это так называемая интернет скорая?

Евгения:  Грубо говоря, да. Если тебе совсем тяжело и ты не можешь прямо сейчас обратиться к маме с папой, потому что стесняешься. Друзьям не расскажешь тоже по каким то причинам, можно звонить.

Сергей:  Чем чревато? Набрали этот номер телефона. Это чревато попаданием в какой то список?

Евгения:   Ничем. Это вообще анонимно. Позвонить по телефону поддержки — это абсолютно анонимно и большое количество обращается.

Сергей:  Просто одно время, серьезно была раздута какая то компания. По телевизору показывали тоже горячую линию, но только по проблемам социального плана, когда родители, например ругаются. Или Вам страшно что нибудь. После этих анонимных звонков семьи попадали в списки для проверок соц защиты.

Евгения: Нет. У нас такого нет.

Сергей: Это хорошо. И еще один такой простой вопрос: Что делать, если вот все время запрещали, все время врывались, все время поступали так как не надо было поступать, чтобы помочь вашему ребенку. А тут Вы в один прекрасный момент осознали. Как в том фирменном: «Сергей, мне 28 лет, я алкоголик, дружный хлопот». Вы начинаете действовать к ребенку так как надо, но доверие уже потеряно и он не хочет с Вами идти на контакт. Он будет понимать, что Вы что то задумали. Ждет какой то подставы. Что в этом случае делать?

Евгения:   Ну в первую очередь вот эти свои решения, что родитель принял, понял, решил изменить свое отношение к интернету, соц сетям и ребенку во всем этом.  Нужно озвучить это ребенку. «Извини меня, я вот так раньше реагировал. Сейчас начинаю понимать, то что я взрослый, не значит что я все знаю.»

Сергей: Это знаете, наступить на ложное эго свое…

Евгения: Тут знаете, что дороже. Эго или отношение с ребенком. В праве выбирать каждый родитель. Никто же не заставляет. Просто сказать по честному: «Я буду стараться, но ты давай тоже, давай вместе, помоги мне». Потому что признаться, попросить помощи, это дети подростки они уважают. А если просто: «Я вот передумал. Я теперь буду к тебе по другому относиться. Иди сюда на вот тебе твой телефон.» Ну это унизительная позиция. Тоже получите обратку от подростка. Это ему не понравится это никому не понравится.

Сергей: Самая большущая наверняка ошибка можете поправит меня если я не прав. По большому счету, разница между взрослым человеком и ребенком, зачастую, заключается только в возрасте. В каких то вопросах социального плана  они по большому счету ничем не отличаются от взрослых людей. В этом ошибка, что мы относимся к ним, как к каким то инопланетянам. А уж про то что они ничего не знают и ничего не умеют, все плохо…

Евгения: Тут знаете, каждый родитель, в большинстве своем, мне хочется в это верит, — он любит своего ребенка. Он ведь забирает и говорит, опять ты в телефоне, опять ты в компьютере, не от зла. В таком случае просто скажи — ну я там переживаю, что ты там глаза испортишь, давай поболтаем с тобой, а не в привычном  формате предъявы. Но это сложно. С нами так не общались. Потому что и время другое было, сейчас дети другие.  И у нас есть возможность вместе с ними изменяться, совершенствоваться.

Сергей: Большущее спасибо! Был очень рад с Вами пообщаться.

Евгения: Вам спасибо.

Об авторе Editor
Самый главный человек на сайте. Если Вы хотите опубликовать свою статью на нашем ресурсе то милости просим на nkosistema@mail.ru

ОСТАВЬТЕ ПЕРВЫЙ КОММЕНТАРИЙ

Добавить комментарий