Выпуск 04. Интернет-травля или Кибербуллинг интервью с экспертом

Интернет-травля или Кибертравля — намеренные оскорбления, угрозы, диффамации и сообщение другим компрометирующих данных с помощью современных средств коммуникации, как правило, в течение продолжительного периода времени.

Подкаст создан в рамках реализации проекта «1 июня!» Пропаганда интернет безопасности в детской и подростковой среде».

Наш гость:
Кондрашкин Артем, подростковый психолог, центр «Точка» (tochka-centr.ru)
Некоммерческое партнерство «Перекресток+» (np.perekrestok.info)

Аудио формат интервью про Кибербуллинг (травлю в интернете):

Видео формат интервью про Кибербуллинг (травлю в интернете):

Расшифровка интервью с экспертом (Кибербуллинг).

Артем: Меня зовут Кондрашкин Артем. Я подростковый психолог. Работаю в центре «Точка».
Я работаю с подростками и их семьями с 2008 года. Сначала как уличный социальный работник. На улице ходил общался с подростками. Мы делали для них подростковый клуб. Потом начали вести группы общения, группы поддержки. И сейчас я веду группы поддержки и консультирую подростков и их родителей.

Вячеслав: Артем, мы бы хотели поговорит на такую тему, как кибербуллинг. Я думаю, что часто с этим сталкиваетесь. Хотелось бы у Вас как у специалиста узнать что в это понятие на самом деле нужно вкладывать.

Артем: Ну кибербуллинг это правда очень обширное понятие. Но в целом туда входят любые какие то неприятные, агрессивные действия против человека в интернете, при помощи современных средств коммуникации. Туда входят и прямые оскорбления и какие то косвенные оскорбления, и какие то навязчивые преследования, как с добрыми намерениями так и с не очень добрыми. Сюда входит и разглашение личной информации, туда входит распространение слухов и те вещи, которые наносят ущерб репутации в целом, самооценке и самоуважению человека. То есть. Это агрессивные действия через интернет, которые направлены против репутации и самоуважения человека. Туда так же входят и физические угрозы.

Вячеслав: Основная опасность кибербуллинга. С какими последствиями чаще всего сталкиваются родители и дети.

Артем: Для детей это опасно тем, что это наполняет жизнь страданиями. Жить становится такому подростку неприятно. Самое противное, что кибербуллинг это такая тотальная вещь, которая не прекращается. То есть. Невозможно от нее куда то спрятаться. Если ты в школе и там есть какая то травля, то ты ушел домой или в свою компанию друзей и там есть какая то безопасная среда. То в этом смысле от интернета очень сложно уйти. Это очень влияет на чувство безопасности. Ребенок/подросток начинает видеть мир как такой более опасное, более грубое, более недоброжелательное место от которого лучше скрыться куда то, хотя это не очень то возможно. Очень сильно это влияет на самооценку соответствующим образом, даже если подросток устойчивый, если у него развиты коммуникативные компетенции все равно постоянные угрозы в адрес моего мировосприятия моей репутации, самоуважения они конечно влияют. Основное последствие, которое бывает в этом смысле, у подростков— это социальная изоляция. Потеря чувства самоуважения. Потеря ощущения самоэффективности, что я могу что то сделать в этой жизни, что я могу общаться с другими людьми, что я в целом неплохой человек — оно рушится и ребенок становится сильно одинок.

Вячеслав: То есть. Происходит полная изоляция и скрыться от этого очень тяжело. А родители чаще всего это замечают или приходят к Вам с проблемами подростки и говорят что родители не видят это? Как чаще бывает.

Артем: По статистике чаще об этом узнают в первую очередь не родители и не учителя, а друзья. Родители скорее на втором месте. Родители, если они в хорошем контакте с ребенком, то они правда об этом знают, об этом разговаривают и могут поддержать. Если ребенок,скажем так, изолирован в своей деятельности в интернете от родителей, то они могут скорее случайно это обнаружить. То есть. Случайно обнаружить его переписку, случайно обнаружить какие то вещи. Если они видят, что ребенок совсем подавленный спрашивают что случилось,вроде ничего не происходит. Выясняется что на самом деле что то происходило.

Вячеслав: Если так действительно сложно определить. Между собой подростки видят всю эту травлю, она бывает выносится на общее обозрение, то как родителю вообще поступить? Как ему понять, что это вообще начало происходить?

Артем: В основном по состоянию подростка. Правда, это не проходит бесследно. Видно что с ребенком что то происходит. Видно что он становится подавленным, грустным, раздражительным, начинает избегать социальных контактов, или видно что он находится в каком то сильном чувстве стыда. И тогда об этом важно разговаривать. Важно разговаривать об этом в таком доброжелательном ключе. Не в смысле: «Я устал уже видеть тебя таким грустным и злым, от своего интернета ты только раздражительный.» и так далее. Такой разговор скорее создает у подростка ощущение, что на родителей невозможно опереться, а скорее в доброжелательном ключе. Так: «Я вижу что с тобой что то происходит что то, я не понимаю что, я переживаю за тебя. Можешь ли ты рассказать? Может мы вместе что то придумаем»

Вячеслав: Какие методики профилактики предварительной, чтобы подростку сразу объяснить что проблема есть, как правильно объяснить не с агрессивной подачей, запретительной, как правильно это сообщить? Что эта проблема есть, что ты с ней ко мне можешь обратиться? Я хотел бы узнать как правильно про эту проблему разговаривать?

Артем: Что родители могут сделать? Когда они знакомят ребенка с интернетом важно и про эту часть интернета ему тоже рассказать. На самом деле, когда родители знакомят ребенка с жизнью они тоже эту часть рассказывают, что ты пойдешь в детский сад, там будут разные ребята, с кем то ты будешь дружить, а кому то ты не будешь нравиться и это часть жизни. В интернете то же самое: вот ты заводишь страничку в социальной сети и ты учитывай, что тут есть как интересные хорошие люди с кем тебе будет интересно и здорово общаться, так и те, кто будет тебя задевать. С этим ты встретишься, ты этого не пугайся, это такая часть интернета, ты справишься. Сделать можно вот это: ты можешь заблокировать, ты можешь на них не реагировать, ты можешь написать что в целом твое счастье не зависит от их отношения к тебе. Во первых информировать что может быть и что это не говорит ничего про ребенка. Это может произойти с каждым, не важно что за человек, это вообще случайное событие. И каким то базовым способом как с этим справиться. Тут первая вещь к которой мы обычно готовим детей, если это с детьми происходит как это пережить прожить. Нужно несколько раз повторять. Это не то что бы один раз сказал, ребенок запомнил и дальше безопасность обеспечена. Нет это скорее всего нужно будет несколько раз повторять, несколько раз ребенок будет с этим встречаться, пока этот навык не выработается. Это не быстрый процесс. А вторая история связана с тем, что для профилактики кибербуллинга важно поговорить с детьми как вообще разговаривать с незнакомцами, в интернете в том числе. Потому что большое количество кибербуллинга генерируют сами дети подростки молодежь. У них не очень много навыков уважительного общения. Может быть это немного некорректно звучит, но навыки уважительного общения у них только развиваются. И когда они попадают в интернет они немного откатываются назад по развитию, они ведут себя как дети более младшего возраста. Важно рассказать, что с незнакомцами в интернете важно говорить вежливо и аккуратно.

Вячеслав: То есть. Этических каких то навыков не хватает?

Артем: Да. Этические навыки они же соответствуют какой то среде. Т.е. Когда ребенок выходит на улицу в какую то компанию, он постепенно усваивает какую то этику живого общения. Когда он идет в детский сад, когда он идет в школу он усваивает какие то нормы связанные с этой средой. Точно так же, когда ребенок идет в интернет, важно помнить, что там тоже есть какие то нормы, какая то этика, уважение к другим. Чем больше мы поддерживаем в своих детях нормы уважительного общения, тем в целом мире становится меньше вот этого кибербуллинга. Это другая сторона профилактики. С одной стороны мы помогаем детям пережить это, если они с этим столкнулись, с другой стороны мы говорим с ними так, чтобы они сами меньше создавали этого.

Вячеслав: Артем, а вот скажите, допустим просто ребенок/подросток увидел эту травлю, кого то травят, где то в соц. сетях ветку открыл и увидел что над кем то издеваются. Правильная реакция на это? Взрослого человека и подростка? Как правильно к этому отнестись? Понятно, что поддерживать это не надо, но с другой стороны как на это реагировать, чтобы ситуация повернулась правильной стороной? С Вашей точки зрения, можете это как то прокомментировать?

Артем: Да. Если ребенок встречается, он сам не травит никого, его никто не травит, но он становится свидетелем и это тоже сильно влияет на самом деле, почти так же если бы травля была направлена в его сторону, потому что он видит что это в принципе возможно что это направлено против другого человека что это сильное действие. И он видит это действие и может легко представить что это может произойти с ним, что такая опасность есть. И да, это действительно так, что дети начинают меньше писать про себя, меньше открываться в интернете, меньше чего то делать, больше такого становится избегания. Если они стали свидетелями травли, это правда влияет. И на мой взгляд. То что можно сделать, если ты стал свидетелем травли, это обратить на это внимание и сделать какие то действия, которые могут это остановить. Я не думаю, что имеет много смысла включаться в разговор ни с той ни с другой позиции, ни с позиции подержать нападки ни с позиции защитить того, на кого нападают. На множестве ресурсов это запрещено. Везде есть какие то правила, какая то регуляция, какие то рамки. И самое важное к этим рамкам вернуться. Пометить пост как оскорбительный, обратить на это внимание администрации, пожаловаться, отметить контент как неуместный. Это то же самое как происходит и в живой травле на самом деле, когда мы видим как кто то кого то задевает, травлю нужно останавливать.

Вячеслав: То есть в принципе, обратиться к администрации ресурса это будет лучшее решение, чем вставать на чью то сторону.

Артем: Да, по крайней мере публично. Любое вливание в травлю ее раздувает. Даже если там идет какое то публичное осуждение человека. И ты пишешь, что нет я считаю, что он хороший. Если очень хочется поддержать этого человека и правда здесь есть какое то сочувствие к нему. Можно ему это написать, да слушай я вижу, что тебя задевают, я вижу что с тобой плохо разговаривают, я тебе сочувствую, напиши в администрацию, останови это, я тебя поддержу.

Вячеслав: То есть, на самом деле, просто, Артем, по человечески так же надо и относиться. И ребенку прививать отношение к интернету как к средству общения новому, ничего особенного здесь нет. Ту же этику нужно переносить и в интернет. Я правильно понимаю?

Артем: Да, да. В интернете много особенного, но это не значит, что там не должно быть уважительного общения.

Вячеслав: Что делать если уже родитель понял, что ребенок подвергся травли. Сразу нужно обращаться к специалисту, к психологу, идти в какой то центр? Или на начальном этапе как выяснить ту грань которая является уже крайней? Где родителю самому еще можно справиться, а где нужно обратиться к специалисту?

Артем: Я думаю, что к специалисту стоит обращаться тогда, когда есть ощущение что самостоятельно с этим уже не справиться или нужна просто дополнительная поддержка. Это так по самоощущению родителей.

Вячеслав: То есть просто на личностное какое то ощущение. Нет такой прям показательной какой то черты.

Артем: Ну да. Скорее, то что родитель узнает что его ребенок стал жертвой травли. Он предпринимает различные действия для того, чтобы с этим справиться и смотрит на эффект. Получилось или не получилось. Получилось ли вывести ребенка из опасной ситуации? Получилось ли ребенка вернуть в какую то безопасную среду? Получилось — хорошо. Удалось ли как то нивелировать последствия? Мы видим, что ребенок постепенно оживает, у него восстанавливается чувство самоуважения, чувство собственного достоинства. Получилось — хорошо. Если видно, что это сложно, то проще обратиться за поддержкой к специалисту. Потому что это просто проще делать вместе на самом деле.

Вячеслав: Артем, вопрос по практике взаимодействия с подростками в принципе. Эта проблема она часто возникает или все таки, сейчас в 2018 году с этим уже меньше обращений? Меньше этого стало в нашей России сейчас? Или это не коррелирует? Нет такой базы огромной, по которой можно было бы сказать, что в 2007 году травли было больше, а сейчас в 2018 меньше? Из практики.

Артем: Мне сложно, правда сказать больше ее стало или меньше. Это правда довольно распространенная сейчас проблема. Она довольна распространена и в таких просто формах. И что гораздо хуже она распространена в таких бытовых формах, которые дети сами часто не отсекают как участие в травли с той или с другой стороны.

Вячеслав: По незнанию возможно начинают участвовать в этом диалоге?

Артем: Да. Но даже не то что участвовать в диалоге. Они могут совершать какие то действия, общаться определенным образом в интернете. Не обращать внимания, что вообще то это травля, что вообще то это нарушение каких то уважительных границ другого человека.

Вячеслав: Артем, по самой структуре есть еще такая вещь как утекание какой то личной информации. Сейчас гаджеты везде, фактически мы с ними спим, просыпаемся, подростки точно так же себя ведут. Вся работа в телефоне, семейная жизнь в телефоне, какие то фотографии в телефоне. И когда эти фотографии уплывают куда то, взломали или что то произошло, каким то образом это стало доступно общественному мнению. Я думаю, что подростки на это реагируют более панически. Некоторые контент даже сами создают и сами его отправляют другим людям. Это с точки зрения психолога. Вот это уплывание личной информации оно сказывается в дальнейшем на личности подростка? Насколько больше задевает не просто оскорбление, а вот это уплывание личной информации?

Артем: Да. Вот это уплывание, распространение какой то личной информации, конечно задевает тоже, это та же самая травля. Это просто чуть чуть ее другая форма. С подростками это редко происходит: какой то взлом компьютера, скорее это происходит неаккуратное распространение личной, чувствительной информации. Я ее переслал другу, друг переслал ее еще кому то. Оказалось что он просто не очень хороший друг после этого. Ну и так далее. То есть это точно так же как и распространение личной информации в живом общении. Кому то в приватной беседе я что то рассказал, мой секрет выболтали. Это имеет примерно одинаковый эффект. Это рушит чувство безопасности. Это удар по самооценке, удар по репутации. Особенно правда, что в интернете есть такая иллюзия у детей безопасности, что я только тебе отправил вот эту фотографию, потому что ты не такой как все и мы с тобой супер друзья. Доверяем друг другу. И вообще родственные души. В интернете легко складывается такое ощущение и понятно почему — это притягательно такого человека иметь рядом. Ну и так же легко ошибиться и так же легко совершить в каком то смысле опасный поступок и себя поставить в рискованную ситуацию. То же самое относится и к тому что у меня на телефоне хранится какая то очень личная информация, я его оставляю незапаролленным или мой пароль знают мои друзья и он лежит, и ее пересылают. И часто те кто это делают они на самом деле могут и не думать, что они делают что то плохое. Им кажется что это шутка, веселая, мы сейчас все посмеемся. Оказывается что нет, совсем нет. Это не так весело, как больно.

Вячеслав: Ну и в заключении нашей беседы о кибербуллинге. Я хотел бы у Вас уточнить о глобальной профилактике все этого. В рамках всего интернета. И психологического здоровья подростков. Какой бы Вы самый главный совет дали родителям? Чтобы наш интернет сделать чистым от этой беды. Conclusion такой небольшой.

Артем: Мне кажется, что очень важно разговаривать с детьми про уважительное отношение и в интернете и в жизни. Про то, что это такое. Как оно формируется. Нравится ли детям, когда их уважают? Что они понимают под самоуважением? И разговаривать об этом, это такая половина дела. Мне кажется самое важное это практиковать такое отношение в реальности. Есть научение через заучивание, вот ты выучил что такое уважение. Но на самом деле дети усваивают социальные навыки через научение по образцу. Они смотрят какую то практику отношений и ее перенимают. В этом смысле, если родители положительные, этичные друг с другом со своими друзьями в интернете. Это конечно имеет большое значение.

Вячеслав: То есть по примеру они лучше научаться? Если сами мы практикуем в семье, то соответственно и остальные семьи начнут это практиковать, то мы изживем это как проблему? В принципе?

Артем: Я честно говоря, не очень верю что это решит эту проблему, потому что это такое социальное явление, связанное с тем, просто как устроена большая группа людей. Скорее я думаю, что мы можем на это влиять, чтобы этого становилось меньше.

Подписывайтесь чтобы быть в курсе!

Наш Telegram канал: https://telegram.me/sistematika

Группа в VK — https://vk.com/nkosistema

Наш сайт — http://систематикус.рф

Об авторе Editor 74 Статьи
Самый главный человек на сайте. Если Вы хотите опубликовать свою статью на нашем ресурсе то милости просим на nkosistema@mail.ru

ОСТАВЬТЕ ПЕРВЫЙ КОММЕНТАРИЙ

Добавить комментарий